Название главы является отсылкой к алкогольному коктейлю на основе текилы, гренадина и апельсинового сока «Tequila Sunrise» («Восходящее солнце»).
Она успела к началу и наслаждалась выступлением из круглой ниши, куда ее проводил администратор клуба, узнав в лицо. Концерт проходил в формате узкого круга преданных поклонников в декорированном под старину помещении. Завсегдатаями фешенебельного клуба были министры и банкиры, знаменитости и представители крупного бизнеса.
Девушка чувствала себя своей здесь. Она знала многих посетителей, выглядела им под стать. Светлые льняные брюки с заправленной за пояс белой рубашкой — сшитые под заказ, часы «Aqua Terra» из коллекции «Seamaster» и замшевые ботинки на низком ходу (Италия, ручная работа, украшены пряжкой из белого золота), создали сегодня ее образ. Неброский и запоминающийся, да и как могло быть иначе — с ней?
Источник музыкального шторма в центре клуба на круглой сцене, служившей также танцполом, приковал к себе взгляд зеленых глаз; все взгляды — эффект одновременно волшебный и пугающий. Аудио цунами захлестнуло слушателей и поглотило их внимание без остатка.
Хотя для большинства игра Кайо выглядела колдовскими пассами, по собственному опыту Харука знала: дело не в технике, а в истинном мастерстве и чистом вдохновении, которое скрипачка вложила в свою пьесу. Заметила Тено и то, что скрыла полутьма зала — следы усталости на прекрасном лице.
Когда аплодисменты стихли, Мичиру присоединилась к ней. Тяжелая штора отделила девушек от зала, вот только сменившая классику современная музыка мешала говорить. Они все же предприняли попытку обменяться новостями. Устав кричать, Кайо смирилась. Улыбнулась и пожала плечами, признавая поражение. Владелец заведения обожал музыку, хотя его вкусы порой шокировали. Мичиру нравился пестрый плейлист, потому она согласилась стать на вечер его частью.
Тено жестом подозвала официанта и заказала бутылку шампанского. Заиграла одна из любимых песен Мичиру, написанная лет пятнадцать назад: «In the Air Tonight». Приблизив губы к самому уху Харуки, Кайо предложила: «Потанцуем?».
Медленный чувственный трек предполагал парный танец. Харука галантно подала руку Мичиру — девушка приняла ее, смеясь: она была уже пьяна, от счастья. Погружаясь в мир творчества, она буквально забывала о потребностях тела, изматывала себя работой, доходя до края физических возможностей. Раньше Харука протестовала и уговарила ее позаботиться о себе, теперь же взялась присматривать за женой: подкармливала и напоминала об отдыхе, выводила гулять, буквально отнимая испещренную примечаниями и исправлениями партитуру. В конце концов, смирилась, что пока волна вдохновения не схлынет, Кайо просто не сможет расслабиться. Ждала, ну и вот, дождалась.
Помогая друг другу, девушки достойно воспроизвели один из эпизодов «Грязных танцев». Тено вела, как всегда. В шелковом платье с открытой спиной Кайо снова привлекла всеобщее внимание. Ткань переливалась цветами заката в меняющейся ежесекундно схеме освещения. Аквамарин распущенных волос и открытые босоножки — вот и все украшения. И в зале не было мужчины, который не хотел бы снять с Мичиру немногое лишнее. Харука обратила внимание на взгляды, которыми сопровождали их. Удовлетворенно отметила, что только за ней признали право танцевать с чарующей Мичиру. И раздевать, видимо, тоже.
Зазвучала другая мелодия. Девушки позволили пространству занять место между ними. Двигаясь в более энергичном ритме, они синхронизировали танец. У каждой был свой стиль, но как и на поле боя, сойдясь в точке пространства, они дополнили друг друга. Со стороны чувственная и пленительная хореография выглядела отлаженной многими тренировсками. Секрет был прост: после сражения с Галаксией оставалось всего несколько лет до становления новой эры, обе спешили насладиться каждой минутой уходящего мира.
Алкоголь согревал кровь. Сделав еще перерыв, девушки прикончили бутылку вина и заказали по паре коктейлей. Мичиру пьянела быстрее, она и предложила выпить на брудершафт*. Хохоча, сама себя исправила: «Систершафт!». Харука хмыкнула. Не так давно, знакомя ее с не в меру любознательными приятельницами, Мичиру представила жену как свою кузину. В отместку Харука затащила ее в туалет кафе, где проходила встреча, и оттрахала до потери пульса. Остаток встречи Тено развлекала знакомых Мичиру историями из их с Кайо совместной жизни. В итоге, приятельницы не только уверились в лесбийских наклонностях Мичиру, но также начали подозревали, что она совершила инцест с собственной сестрой, пускай и двоюродной.
Сплетясь локтями, девушки отпили из бокалов и поцеловались. Ритуал предусматривал целомудреное касание губами. На деле в ход вступили языки. Мичиру изучала влажный рот Харуки, и Тено отвечала тем же. В темноте Мичиру двигалась свободнее. Сливаясь с личностью сенши она что-то теряла, так что стремилась сохранить все прочее, что составляло ее черты. Она была мечтательницей и романтичной особой. В браке Кайо недоставало спонтанности, впрочем, повороты судьбы воина это компенсировали. В общем, она отдавалась эмоциям, когда была возможность отпустить ледяную прагматичность Сейлор Нептун, и была благодарна Харуке, что та поддерживает ее порывы.
Следующие часы Мичиру замечала отрывочно. Захмелев, она погрузилась в себя. Прикосновения Харуки возвращали ее в особую реальность, включавшую лишь двоих. После лонгов были шоты. Текила отключила разум. Вне освещенного круга две гибкие фигуры сплелись, сцепив пальцы рук, вжимаясь лицами в теплые шеи, вдыхая аромат разгоряченных тел, волос, кожи и пота. Тено стерла остатки помады Мичиру со своих губ и, обняв за талию, сопроводила в дамскую комнату.
Насколько запомнила Кайо, туалетная кабинка клуба была намного просторнее, чем в упомянутом кафе. Помещение без окон напоминало альков в покоях турецкого султана. Мелкая пестрая плитка образовала мистический узор на стенах и полу, светильники в восточном стиле давали ровно столько света, чтобы не смутить страсть, а лавка с мягким сидением предлагала очевидное продолжение. Тено закрыла и заперла дверь на замок. Мичиру обнаружила себя прижатой к стене ее горячим телом.
Харука провела линию от скулы к ключицам Кайо и смахнула шлейки ее платья. Шелк спал с плеч, открыв налитую грудь. Тено наклонилась, ловя сосок; сосала и облизывала, чуть прикусывая. Мичиру запустила пальцы в светлые волосы, массируя и царапая ногтями кожу на затылке Харуки. Сжимала бедра, чувствуя как наполняется желанием и увлажняется плоть между ногами.
Общими усилиями они избавили Кайо от трусиков. Харука задрала на ней подол, нащупала шелковистую ягодицу. Сместила ладонь к промежности, моментально влипнув пальцами во влажное и горячее. Мичиру тихонько простонала. Плотнее вжалась в тело жены. Ловко расправилась с пуговицами рубашки, ткнулась носом и опалила дыханием шею Тено. Сладко кончила и обмякла, изогнувшись в ее объятии. Не сразу ощутила исходящий от стен холод — предугадывая желания, Харука притянула Мичиру к себе.
Они помогли друг другу принять приличный вид, прежде чем покинуть туалет и вечеринку. Тено вызвала такси, не стремясь садиться за руль после такой ночи, и дело было не только в промиле.
* пить на брудерша́фт (нем. Brüderschaft trinken от нем. Brüderschaft — «братство») — закреплять дружбу особым застольным обрядом, по которому два его участника одновременно выпивают содержимое своих рюмок, например лимонад, с переплетёнными в локтях руками. После чего, чаще всего, целуются. Во время процесса возлияния положено смотреть друг другу в глаза. С этого момента участники считаются добрыми приятелями и должны обращаться друг к другу на «ты». Ритуал происходит из средневековой Европы, когда подобный обряд служил доказательством добрых намерений собравшихся за столом.
Sailormoon-90 