Не в то время, не в том месте. 2. Leave me alone, I know what I’m doing

Заголовок главы — искаженная цитата Кими Райкконена, финского гонщика Формулы-1, заменившего Мике Хаккинена в команде «Макларен» в сезоне 2001 года.

Потребовалась четверть часа, чтобы выбраться из центра Токио, и теперь кабриолет несся по автостраде вдоль залива в направлении к Йокогаме. Первая же догадка о пункте назначения рассыпалась, когда поворот на Одайба* остался позади. Мичиру скосила глаза влево: водитель смотрел на дорогу. Ветреная погода оборвала едва начавшуюся беседу, позволив девушке разглядывать Харуку под выгодным углом.

Выверенным движением водительница передвинула рычаг коробки передач прямо и вправо. Мичиру отметила ее ровную осанку и полную невозмутимость и поежилась, вспомнив свой опыт вождения. Она начала паниковать еще до того как села за руль, а, выехав на средней загруженности городскую дорогу, с перепугу расплакалась: машин было так много, и все они были тяжелыми и железными, как злые волшебные кони. Мичиру немного завидовала Харуке, которая получала явное удовольствие от контроля над мощным механизмом.

Присланный в качестве ответной любезности портрет мог быть сделан и после получения травмы. На снимке Харука расположилась за столом. Выглядывающая из-за ее плеча высокая спинка вполне могла принадлежать эргономичному инвалидному креслу.

Мичиру не удивило то, что за пять месяцев с момента знакомства Харука не упомянула о своем недуге. Парадокс виртуального общения в том и состоит, что забавной иконке незнакомца можно рассказать то, что не скажешь больше никому, и утаить все, что составляет твой мир и биографию. Вот то, что Харука оказалась такой красивой, ощущение комфорта и безопасности в ее обществе — на самом деле, случайное стечение обстоятельств.

Или судьба, — подумала Мичиру, но, конечно же, не поверила.

Эта встреча могла продвинуть их настолько далеко, куда девушка не осмеливалась заглянуть; или поставить точку в приятном, ни к чему не обязывающем времяпровождении. Заметив, что пассажирка зябко вжимает плечи, Харука подняла мягкую крышу автомобиля. В салоне сразу стало теплее и тише.

Мимо промчался низкий, угольно-черный «феррари»: играючи обошел «порше‎» и скрылся из виду. Мичиру проводила лихача неодобрительным взглядом.

Мичиру мысленно согласилась с ней.

Мичиру не стала спорить. Каждый переживает по-своему. И у нее случались потери, хотя девушка не спешила ими делиться. Либо для этого еще будет время, либо оно не понадобится.

Харука хмыкнула про себя. Мичиру олицетворяла собой часть мира, о которой еще год назад она не имела представления. Удивительно насколько разных людей сводит Сеть.

— Авария, — Мичиру замялась, но договорила, — произошла во время заезда?

Харука пожалела о том, что они не использовали голосовые сообщения. Низкий певучий голос навевал мысли о волнах и морских раковинах: плескался в гласных, проникал в ухо и стекал по шее вниз, оставляя мурашки в память о себе; шептал о далеких берегах в окружении изумрудной воды; напевал дивные истории.

Харука издала странный звук — наполовину смешок и наполовину вздох. Мичиру не стала расспрашивать дальше, но было очевидно, что именно она хочет узнать. Харука не стала скрывать обстоятельства окончания своей карьеры.

Не будучи религиозной, она упоминала какого-то своего бога в тех редких случаях, когда полагала неправильным сказать: «Черт».

Харука чуть удивленно пожала плечами, словно закончившаяся после аварии жизнь не принадлежала ей.

— Я — чемпион сезона 2018 года.

Мичиру задумалась, что могла бы почувствовать в случае, если бы, скажем, ей оторвало руки и она больше не могла играть на скрипке, и вздрогнула.

Мичиру смутилась.

Наконец, машина съехала с автомагистрали и затормозила, подняв тучу песка. Неприметный, если не знать наверняка, что он тут есть, пляж представлял собой короткий, поросший сухой травой спуск к соленой прозрачной воде.

— Здесь отличный вид на залив, а после заката даже еще лучше, — поделилась Харука, отстегивая ремень безопасности, и нажала кнопку, чтобы снова опустить крышу, — и не бывает туристов. Когда я еще не жил в Японии, я имею в виду, постоянно, то приезжал при любой возможности.

Коляска так и осталась запертой в багажнике. Отвергнув предложение помощи, Харука предпочла наслаждаться океаном издали. Она была права, говоря о том, что в этом деле важно иметь опыт, хотя Мичиру подозревала, что настоящая причина иная.

Сидя, Харука была выше, но ее рост в инвалидном кресле, навскидку, примерно доходит Мичиру до груди. На самом деле, Мичиру не могла точно сказать, кого из них это огорчит. Она не жалела о том, что они не встретились раньше, когда Харука была полностью здорова. Мичиру сочувствовала тому, что теперь самое простое действие, как например выйти из автомобиля, требует от стремительной «Lotus» дополнительных усилий, а еще — разной сложности механизмов и ассистента, готового помочь.

Птиц и в самом деле было много, и они голосили со всех сторон, потешаясь над Мичиру. Повернувшись полубоком, Харука села лицом к Мичиру и воде, опершись локтем о дверь.

Блондинка сняла темные очки и сощурилась на солнце как большой кот. Гусиные лапки вокруг зеленых глаз выдавали привычку глядеть на собеседника слегка сощурясь. Харука посмотрела на девушку с еле заметной иронией.

Мичиру выдохнула: тревога за другого взрослого человека была выматывающей, к тому же, оскорбительной по отношению к Харуке.

Подперев щеку ладонью, Харука наблюдала за рассеянно бродящей в мутном от песка и пены прибое девушкой. Сочный цвет платья подчеркивал аквамарин волос. Босоножки Мичиру держала в одной руке, балансируя ими, когда волны пытались сбить ее с ног.

Соотнести ее облик с ощущением от безгласых фраз вышло легко, Мичиру ничего не скрывала. Харука понимала, что так не бывает. Ей лишь казалось, что она давным-давно знает эту девушку: назвать ее девчонкой, что так шло Сид, язык не поворачивался.

Стремясь бежать из клетки четырех стен, в которые ее запер процесс восстановления, она и не заметила, как потерялась. Таинственная леди «Viola» поймала ее, падающую в цифровую бездну, вернула сон и дневной свет, явившись из тьмы меж цветных строчек анонимного чата. Доктор, старый седой итальянец, раздраженный безответственным поведением Харуки — а, по правде, донельзя им встревоженный, вздохнул с облегчением, увидев, как его подопечная повеселела и стала набирать вес. Она впервые проявила интерес к процедурам и перестала саботировать прогулки на инвалидной коляске, хотя бы вокруг дома для начала. Завершив переоборудование здания под свой новый рост, Харука безропотно приняла исход аварии. Выбывание из гонки подарило долгожданную свободу воли, хоть та и стоила ей ног.

Харука вдохнула соленый воздух, наслаждалась моментом. Она гадала, есть ли у Мичиру татуировки — и в каких местах. В воображении она так часто видела девушку без одежды, что теперь, имея возможность проверить догадку, маялась от любопытства и желания дотронуться. От русалки веяло опасностью стать частью чужой истории. Харука не беспокоилась об этом, поглощенная мыслями о будущем. У нее есть средства, чтобы продолжить движение, но нет видения. Или ей просто нужен знак.

Кто ты? Кем ты хочешь быть для меня?

---

Мичиру без труда нашла множество веб сайтов, посвященных Формуле-1 и ее самому молодому и многообещающему чемпиону. Тено Харука пользовалась дикой популярностью, и составить представление о ее прежней жизни не составило труда.

Бесконечность запечатленных моментов: гонки, интервью, выходы в свет. Статьи о школьных годах и начале карьеры, о семье — Харука происходила из древнего рода, близкого к императорской династии. Ее отец — высокий седой мужчина, и в преклонном возрасте сохранивший военную выправку, оставался верным ценностям самураев и, похоже, учил тому же единственную дочь и наследницу.

Так же, как мать Харуки, аристократка, ведущая свой род от дайме**, сопровождала, едва заметная, впрочем, на фоне мужа и дочери, обоих на публичных мероприятиях, так и младшая Тено всегда появлялась в компании подруги. Гэлэкси Сид: британка, девятнадцать лет, высокооплачиваемая и крайне востребованная, за экзотическую внешность, модель. Мичиру откровенно любовалась пышной шевелюрой, редкого цвета глазами и безупречно сидящей на идеальной фигуре одеждой от титулованных дизайнеров Европы. Гэлэкси была из тех красавиц, которым не имело смысла завидовать. Мичиру знала, что привлекает внимание, но обычная женщина, какой она была, всегда проиграет богине с обложки глянцевого журнала.

Пара рассталась, когда стало ясно, что гонщица сошла с дистанции навсегда. К чести Гэлэкси, она дневала и ночевала в больнице, пока в операционной боролись за выживание Тено. Врачи победили, смерть взяла то, что смогла и отступила, до времени. Комментариев прессе о разрыве отношений модели и уже бывшего пилота Формулы-1 не последовало.

Запись с аварии Мичиру не нашла, чему, в конце концов, была даже рада. Она просмотрела видео гибели Айртона Сенны, другого знаменитого гонщика, который разбился в Гран-при на трассе в Италии в 1994 году. Девушка испытала странное чувство, изучая историю гонки и, отчасти, Харуки. Ей попалось два изображения подряд: на первом фотограф запечатлел целую толпу пилотов — юные, веселящиеся боги скорости. На следующем медики укладывали на носилки тело в защитном комбинезоне.

Наблюдая за поведением гонщиков во время интервью, Мичиру невольно поразилась тому, как сильно Харука выделяется среди них. Немногословная, тем не менее, она выглядела легкой на подъем и жизнерадостной. Возможно, потому, что она — женщина, или так сказалось влияние культурных различий.

В какой-то момент, утомленная поиском, Мичиру застыла, вперив немигающий взгляд в экран, где в полный рост в красном комбинезоне команды стояла Тено. Ветер спутал ее пшеничные пряди. Мичиру захотелось пригладить непослушный вихор над ухом Харуки, еще более коротко стриженной в те дни.

Она не решилась прикоснуться к ней сегодня; реальность, превзойдя смелые ожидания, отпугнула. Мичиру закрыла глаза, ощущая, как и много раз до этого, горячее дыхание у шеи, слыша слова, от которых коленки подкашиваются и потеют ладони. Болезненна истома — щемящая под ложечкой горечь от потери того, что она никогда не смогла бы заполучить, доводила ее до отчаяния: столь сильного, что смятенный разум уступил эмоциям место у руля.

Мичиру задалась вопросом, игра ли это.

Разумеется, это же флирт, — фыркнул голос в глубине души, — как в том фильме, помнишь? «Выяснить цель игры — это и есть цель игры.»***

Покусывая враз онемевшие губы, она вдруг испугалась, что статус пользователя «Lotus» изменится на: «Не в сети», и они больше не заговорят друг с другом.

Мичиру дала себе минуту, чтобы подуть на ладони и помахать ими, остужая. Говоря без обиняков, вряд ли им удастся сегодня поспать. Спохватившись, девушка прикинула планы на день: первые пары можно прогулять, но следующее занятие — специальность.

Придется импровизировать.

Viola: Какой адрес мне назвать таксисту? }: →