No hay banda! There is no band! Il n’est pas de orquestra! This is all… a tape-recording. No hay banda! And yet we hear a band. If we want to hear a clarinette… listen. Un trombon «à coulisse». Un trombon «con sordina». Sient le son du trombon in sourdine. Hear le son… and mute it… drop it. It’s all recorded. No hay banda! It’s all a tape. Il n’est pas de orquestra. It is… an illusion! *
К/ф «Малхо́лланд-драйв»
Кайо наклонилась, нажимая на низко расположенный рычаг, и тогда дверь легко поддалась. Повернув ручку вверх, Мичиру заперлась изнутри. Она по-прежнему ощущала взгляд Гэлэкси — он жег ей спину, прикрытую тканью рубашки Харуки.
— Если б она не уебалась о стену, тебя бы здесь не было. Ты это знаешь, я это знаю. Харука не дура и никогда ей не была, — взбешенная Сид на пару секунд прервала процесс разоблачения, чтобы вдохнуть воздуха, — тебя зовут Мичиру, верно? Мичиру, ты подобрала счастливый билет, который кто-то по глупости потерял. Не принимай на личный счет.
Прямо от дежурных фраз знакомства Сид перешла к обвинениям, обескуражив этим Мичиру. Кайо поняла так, что вместе с расположением Харуки Гэлэкси потеряла и ее деньги. Ясно, почему она возмущена присутствием в спальне Тено кого-то, кроме себя.
— Спасибо за заботу, — не жалея желчи в дрожащем голосе проговорила Кайо, — если мне или Харуке потребуется мнение о наших отношениях, будем иметь в виду твое.
Неуверенность в том, может ли она говорить за них обеих съела большую часть ненависти к девушке, оставившей Тено в беде. Златовласка смолчала, плотно сжав карамельные губы. Еще одно незапланированное столкновение лишило Мичиру сил. Она схватила свою сумку и почти бегом скрылась за безликой дверью санузла.
Упершись ладонями в твердые холодные борта раковины, Кайо искоса глянула в подвешенное под непривычным углом зеркало. Запоздалые слезы обиды наполнили темные озера под ее глазами. Ни следа страсти на бледных щеках, ни капли волшебной силы в пульсе. Девушка прикрыла веки, прячась от всепроникающей белизны комнаты.
Что она видела на самом деле? На ее теле не осталось отметин. Возбуждение от предстоящей встречи, стресс из-за случившегося с водителем… эпилептического припадка или сердечного приступа, вывели тревогу на неконтролируемый уровень. Воображение захлестнули жуткие подробности, и не впервые. Но на дне ее сумки лежало доказательство реальности.
Мичиру отдавала себе отчет, что раскованностью в сексе с малознакомым, по сути, человеком была обязана шоком и гормонами, бурлящими в ее крови после боя. Она не жалела о решении провести с Харукой эту ночь, но чувство, что ею воспользовались вползало в грудь, сворачиваясь вокруг сердца холодной змеей. Невмешательство Тено ранило сильнее, чем злые слова Гэлэкси — последняя еще ребенок.
Разлепив соленые ресницы, девушка включила воду и тщательно умылась. Промокнула лицо, сняв полотенце с круглого, расположенного на уровне груди держателя. Затем подтянула к себе сумку и вынула сменную одежду: простое серое платье из льна. Переоделась и влажными руками зачесала аквамариновые волны назад. Преображение вернуло ей часть уверенности, но беспокойство не покидало. Подрагивали тонкие пальцы. Кайо сжала ладонь в кулак и приложила к холодным губам.
Она смотрела в лик смерти, едва ли Гэлэкси есть чем ее напугать.
Открыв двери, Мичиру обнаружила пустую спальню. Никто не ждал ее, чтобы прогнать.
Блуждая широкими проходами, она добрела до выхода в сад. На фоне темнеющего неба пейзаж выглядел неприветливо.
— Здравствуй, Красная Шапочка!
Мичиру повернулась на голос. Окликнувшая ее девушка одновременно была похожа и не похожа на хозяйку дома, как если бы выборочно наследовала ее черты.
— Оставь хотя бы туфельку, если собираешься бежать, — широко ухмыльнулась та.
— Это разные сказки.
Кайо настороженно разглядывала нахалку. Высокая, крепкая, коротко стриженая шатенка. Почти наверняка одногодка Мичиру. Большая грудь обтянута просвечивающимся под белой футболкой спортивным бра. На ногах — синие джинсы и кроссовки «Reebok».
— Я пока не раскусила тебя.
Глаза незнакомки были того же цвета, что у Харуки, но другого оттенка: сочной травы — или ядовитого зелья из сказки про Белоснежку.
— Я ищу Харуку.
— Он занят.
Предложения подождать или передать что-либо не последовало.
— Я могу тебе помочь? — а вот это прозвучало как намек.
Кайо покачала головой:
— Нет.
В прихожей она сняла плащ с вешалки и сложила в сумку.
Она напросилась в гости. Физическая близость ни к чему не обязывает. Мало ли кто что после секса сказал? Про себя Мичиру с грустью констатировала, что то, чего она хочет нельзя купить. А жаль, жизнь стала бы куда проще, если бы любовь и доверие на самом деле продавались в магазине.
К счастью, что так не бывает.
На расстоянии от особняка Тено и его дивных обитателей любовная драма утратила остроту. Чашка горячего чаю и рис в студенческой столовой успокоили желудок и нервы Мичиру. Вопреки модным рекомендациям, она чаще ела в одиночестве. Закончив завтрак, девушка направилась прямиком в репетиционный зал. Волнение, которое она испытывала, занимая место в оркестре, сегодня улеглось. Кайо посчитала это добрым знаком.
Звуки настраиваемых струнных, духовых, клавишных и ударных инструментов слились в приятную уху какофонию. Мичиру перехватила гриф поудобнее и подняла смычок как раз в тот момент, когда первая из множества гравитационных волн прошла по залу, взламывая паркет и роняя перепуганных музыкантов.
Потрясение пригвоздило скрипачку к месту. Позднее она не смогла вспомнить как выглядел демон: его стремительный бросок в ее сторону закончился коротким полетом Мичиру в стену. Заданное хрупкому телу ускорение и собственная относительно небольшая масса впечатали Кайо в крашеный бетон. Оглушенная, она не ощутила боли, пока не рухнула на раздробленные кларнеты и гобои.
Вопль обозначил муку, не имеющую аналога в телесной памяти. Среди спутанных мыслей мелькнуло: Харука пережила подобное во время аварии. Сквозь пелену Мичиру видела надвигающийся на нее силуэт.
Пол сотрясся снова, и рой сияющих солнц обратил демона в пыль.
Плача, Кайо долго не могла подняться. Сломанный в бою каблук дорогих туфель окончательно ее добил. Служба спасения доставила пострадавших — половину оркестра, в больницу Токийского университета. Из выложенного светлым кирпичом здания Мичиру вышла спустя четыре часа, прихрамывая, одинокая и несчастная по целому ряду причин.
Девушка пересекла узкое пространство, служившее ей вестибюлем. Не разуваясь, легла на диван уцелевшим боком. Долго пролежала так, сознавая ущерб, красочно описанный в ее медицинской книжке.
Ушиб мягких тканей бедра, отмеченный лиловым синяком и россыпью царапин, неосложненный перелом ребра, ссадина на лбу и подозрение на сотрясение мозга. Растяжение плеча, трещина в лучевой кости ведущей руки и — запрет напрягать перемотаную эластичной лентой кисть четыре недели. Многообещающая партия в оркестре была потеряна, впрочем, и сам концерт не состоится.
Неопытный тактик, неумелый боец, никогда не посещавшая секции борьбы Мичиру полагала себя выносливой, но урон явно превышал ее человеческий болевой порог. Бороться со злом должен был мускулистый, вооруженный сарказмом и пулеметом с серебряными пулями Уэсли Снайпс, однако Свет предпочел именно ее…
Мичиру подумала о неожиданном союзнике. Вспомнила видение тиары на лбу Тено. Связаны ли эти вещи? Она сомневалась — в первую очередь в своей способности разобраться в происходящем.
Если бы она не поехала к Харуке, случилось бы первое нападение? Мичиру осторожно перевернулась на живот, чуть свесив плечо с края софы, и расслабилась насколько получилось. После смерти Мейо она чувствовала такое одиночество, что бросилась в омут новых отношений. Обычно рассудительная она не поступила бы так, если бы не горе. Харука не при чем.
Настала ночь и звезд было недостаточно, чтобы осветить больше, чем прямоугольник окна на полу. Добраться до выключателя представлялось непосильной задачей. Кайо мазнула взглядом по темному пятну ноутбука, оставленного на столе. Неопределенность статуса ее отношений с Тено удержала от проверки сообщений, и до начала репетиции Мичиру не взглянула на экран смартфона.
Потребовалось значительное усилие, чтобы спустить ноги на пол, встать и преодолеть расстояние в два шага туда-назад. Девушка села, оперлась о спинку дивана и поставила компьютер себе на колени. Открыла крышку, нажала кнопку пуска. На загоревшемся дисплее глаз выцепил кошмар социопата — иконку со значком непрочитанных сообщений и пугающей цифрой на ней. Мичиру запустила программу чата. Харука писала ей с момента отъезда с часовыми промежутками.
Lotus: Прости меня за Гэлэкси. Она решила сделать сюрприз и не предупредила о приезде. Знал бы, сказал бы ей не появляться сегодня.
«Сегодня». Мичиру слишком устала, чтобы эмоционально реагировать. Ограничилась констатацией того факта, что Тено поддерживает отношения с бывшей девушкой.
Lotus: Не так я планировал провести это утро 
Пообедаем вместе? Где и когда — выбор за тобой 🙂
От упоминания еды ее затошнило. Спустя час тон сообщений Харуки изменился:
Lotus: Давно не чувствовал такой близости как с тобой.
Lotus: Дай мне знать, когда будешь на связи, ладно?
Тено словно сдерживала себя от большей откровенности. Еще через час она написала:
Lotus: Видимо, ужин будет уместнее? XD Как ты относишься к свечам и розам? 😉
Мичиру покачала головой. Ей не уйти дальше, чем порог ее маленькой, к счастью, квартиры.
Последние, самые свежие сообщения обнажили разочарование Тено. В конце концов, она опасается быть отвергнутой как любой человек.
Lotus: Если честно, у меня уже есть твой номер. Я не знаю, хочешь ли ты, чтобы я звонил.
Lotus: Дай знать, если ответ положительный. Хочу снова тебя увидеть, но не стану навязываться, если ты предпочитаешь закончить на этом.
С тихим стуком Мичиру закрыла крышку лэптопа. У нее нет сил поддержать кого-то кроме себя. И она не хочет перекладывать на плечи Тено свои проблемы.
Стоит случайному собеседнику из Интернета обрести плоть и кровь, как ледяная ладонь реальности ласково хлопает тебя по плечу, и ты слышишь звук капающей с ее клыков кислоты самоуничижения, а романтический флер растворяется без следа. Одиночество, старый товарищ, садится рядом, не умея подобрать утешительных слов. Вы молчите, каждый о своем… Развиртуализация — наиболее болезненный способ разочароваться.
Им повезло, их история могла бы иметь продолжение офлайн… в другом мире, где не существует Сейлор Нептун.
Первый же звонок разбудил Мичиру. За окном шумел ливень, светящийся экран смартфона показывал время — 21:03. Появилась робкая мысль, что голос с характерной хрипотцой Мичиру услышит, приняв вызов.
Кайо медлила, сжимая в ладони вибрирующий гаджет. Терпение абонента вынудило ее в конце концов ответить.
— Ало? — сипло со сна поздоровалась она.
— Мичиру? — так же неуверенно спросили в трубке, — прости, что так поздно. Ты не отвечала на мои сообщения.
Извинения Тено заставили Мичиру почувствовать свою вину.
— Макото рассказала мне про теракт в твоем университете.
Мичиру не отвечала: кто такая Макото?
— В больнице сообщили, что тебя уже выписали.
Она звонила в больницу?
— Как ты себя чувствуешь?
— Неплохо, — забота Харуки пристыдила девушку, и она выдавила из себя полуправду, да и после приема медикаментов Мичиру действительно стало легче.
— Ты сильно пострадала?
— Нет, — продолжала Кайо врать в том же духе, — я справляюсь. Не беспокойся обо мне.
Мичиру звучала убедительно и, наверное, сама бы себе поверила, если бы не провела целый час в душе, плача от невозможности нормально намылиться, а затем смыть пену.
На том конце условного провода послышался отчетливый нервный смешок.
— Теперь понимаю, что чувствовал мой лечащий врач, когда я морочил ему голову подобными фразами. Мичиру, — попросила Тено, — позволь мне помочь. Если я правильно понимаю тебе нужно меньше двигаться, больше отдыхать и ты освобождена от посещения университета?
— Да…
— Я предлагаю тебе переехать ко мне на этот месяц.
Харука шутит? Они всего раз виделись, а ведь свидания и совместный быт — категорически разные вещи.
— Знаю, это слишком быстро. И не требую, чтобы та переезжала, гм, ко мне в постель. Мне будет спокойнее, если я позабочусь о тебе сам. У меня это будет удобнее. Ничего, что я такой эгоист?
Кайо беззвучно рассмеялась. Тено представила ситуацию в таком свете, будто удовлетворяла собственную потребность. Манипуляция, но какая чудесная.
— Спасибо за предложение. Ты очень милый. Я подумаю.
Харука выложила последний козырь:
— Машина у тебя под домом. Макото была в городе по делам и я попросил ее заехать к тебе, на всякий случай.
Как нарочно ни одно из окончательных решений этих суток Мичиру не суждено было воплотить в жизнь. Меланхолично почесывая пластиковый чехол указательный пальцем, она раздумывала насколько неудобно будет выбираться из пригорода ради убийств потусторонних существ. Других препятствий вроде бы не было.
— Окей, спускаюсь.
— Тебе же нужно собрать вещи? — подсказала Тено.
— А, ну да. Я не буду брать чемодан, — заявила Кайо невпопад, — вдруг мы не уживемся?
— Предусмотрительно, — хмыкнула Харука, — выходи, когда будешь готова.
Мичиру завершила звонок. У нее хватило смекалки догадаться, что это Нептун, а не она приняла приглашение Харуки. Со временем может быть узнает — зачем.
Под действием обезболивающего девушка перемещалась по квартире как сомнамбула. Брала какие-то вещи, куда-то несла, роняя по дороге. С большим трудом надела самое простое, что было в гардеробе: платье-халат под пояс, точная копия того, в чем была утром. Отличается цветом, ну и тем, что не залито кровью.
Поднапрягшись, Кайо собрала спортивную сумку, сунув туда ноутбук, шлепанцы и набор-недельку трусиков. Подумав, докинула два платья и выданные в больнице упаковки, блистеры и пакетики лекарств. Оглянулась по сторонам. Взяла любимый рюкзачок, навесила нетяжелую сумку через плечо. Выключила свет, вышла и заперла за собой двери.
— Мичиру… Проснись. Мы дома.
Виновато улыбаясь, Тено гладила ее по плечу. Имей она возможность перенести девушку на руках, не стала бы ее будить. Удивленно распахнутые глаза, темные локоны и зеленый цвет ее одежды воссоздали образ мавки, впечатлив Харуку. Мичиру не думала о своем внешнем виде, занятая сложным делом — не упасть, выбираясь из салона.
За рулем микроавтобуса обнаружилась та самая любительница сказок, Макото. Сев на соседнее с ней кресло, Мичиру тотчас вырубилась.
— Мы дома? — переспросила она сонно.
— Да.
Зевая, Мичиру прижала рюкзак к груди и поежилась. Переступила на месте почти что босыми, в шлепках ногами. Дождь перестал, но из-за влаги температура снизилась до по-осеннему холодной. Кто-то набросил ей на плечи мягкий плед. Кайо оглянулась, но Макото уже вернулась к машине, чтобы взять ее сумку.
— Я сама!
— Ты сама дойди до дома, — бесцеремонно распорядилась шатенка, — и Харуку забирай, он зря мерзнет на улице.
— Идем, — Тено развернулась и покатила вперед, указывая путь и периодически оглядываясь, чтобы убедиться, что Мичиру идет следом.
— Смотри под колеса! — грозно потребовала Макото из-за спины Кайо.
— Смотрю, — миролюбиво отозвалась Харука, не выказывая недовольства командованием.
Мичиру топала за коляской, глядя в светлый затылок. Ей было тепло и раны совсем не ныли. Она могла еще долго идти так. Подъездная дорожка, не та, по которой она шла — вчера! а сколько всего изменилось с тех пор — вывела их ко второму входу в особняк. Впрочем от уже знакомого Мичиру он ничем не отличался, как и аскетично обставленная прихожая за раздвижными дверьми. И здесь отсутствовала приступка, отделяющая уличное пространство от внутреннего. Кайо сообразила, что причина в необходимости Тено иметь возможность перемещаться по всей территории. Странно, что сад она оставила недоступным для себя. Было бы интересно узнать, почему… завтра.
Мичиру ворочалась во сне, устраиваясь поудобнее на груди Тено. Та обнимала ее за плечи одной рукой, положив вторую себе под голову. С плотно сжатых обычно губ не сходила бесстыдно счастливая улыбка. Чмокнув спящую девушку в макушку, Харука погасила свет в спальне при помощи пульта и постепенно погрузилась в сон.
* Нет оркестра! Здесь нет оркестра! Здесь нет оркестра! Это все… запись. Оркестра нет… но вы услышите его. Хотите услышать кларнет, слушайте. Или тромбон. Тромбон. Немая труба. Это все запись. Оркестра нет! Это все…на пленке. Нет оркестра. Это все… иллюзия. Слушайте!
Sailormoon-90 