Сквозь ткань пальцы вобрали лед камня в центре диадемы на лбу. Белая перчатка скрыла руку. Плечи, грудь, спину и талию стянула военная форма, достойная кисти Дали. Сюрреалистичная, должно быть, картина: девушка в короткой плиссированной юбке, из которой растет вверх обтягивающее боди, убивает хтоническое чудовище грациозным движением рук.

— Ты — важный человек в моей жизни. — Мы едва знакомы. — Я счастлив, что встретил тебя. Не важно, почему мы оказались в нужном месте в нужное время, если можем быть вместе.

Она лежала на полу в недавно отремонтированной спальне. Она никого не пускала туда, чтобы убраться. Минутой раньше колесо ее кресла наехало на одну из ее разбросанных вещей, какую-то деталь одежды. Кресло сильно накренилось, а тут и спастика* подоспела. Сильно ушибив бедра и спину, Харука рухнула на пол, где и валялась рядом с перевернутой коляской в неудобной позе, упрямо не делая попыток перелечь или переставить бесполезные ноги. Она ненавидела себя. Она ненавидела свой дом. Она ненавидела свою жизнь. Она потеряла Гэлэкси, свободу, мир. И ей было очень, очень грустно — по крайней мере, достаточно для того, чтобы попытаться сделать какую-нибудь глупость.

Вне всякой логики и вопреки инстинкту самосохранения, Мичиру на миг пожелала поменяться с Тено местами: не обрести ее богатство, а отдать ей здоровье. Воин Океанов в целом спокойно восприняла такую идею, но напомнила, что силы даны Мичиру не зря. Кайо положила голову на колени Харуки, прижавшись щекой и ухом к ее коленям и, кажется, озадачив Тено порывом. Помедлив, ладонь Харуки легла Мичиру на волосы и огладила ее, утешая.

Мичиру запустила случайный выбор песни и положила телефон на живот. Заиграла пьянящая, под стать среде, мелодия «‎Diamonds and Rust» группы‎ Blackmore's Night. Вернулась ностальгия наоборот, как тогда, накануне первой ночи с Харукой. Мичиру начала понимать понемногу, чего лишилась. Раскинув руки, она всмотрелась в высоту. Фарфоровая чаша небес темнела к центру. Ветер забрался под подол, остужая жар тела. Пальцами рук Мичиру вцепилась в травинки, не веря, конечно, что они сумеют удержать ее от падения вверх, в наступающий ураган. Она уже в самом сердце бури.

Она напросилась в гости. Физическая близость ни к чему не обязывает, мало ли кто что после секса сказал? Про себя Мичиру с грустью констатировала, что то, чего она хочет нельзя купить; а жаль, жизнь стала бы куда проще, если бы любовь и доверие на самом деле продавались в магазине.

Болид под номером два пошел на обгон. Желая встретить своего чемпиона на финишной прямой, Кайо начала проталкиваться сквозь толпу. В руках она держала полевые цветы, завернутые в бумагу и перевязанные голубой ленточкой. Внезапно девушка обнаружила себя на пьедестале в объятиях пилота. Вскинув голову, она встретила взгляд зеленых глаз.

— Я бывший гонщик, — усмехнулась Харука, — не нужно так тщательно подбирать слова.

— Мне жаль, что с тобой так случилось.

— Моя жизнь сложилась лучше, чем у большинства. Спасибо за деликатный подход, но, как я сказал, это совсем не обязательно.

Переборов внезапное желание запрыгнуть внутрь не открывая двери, Мичиру взялась за ручку. Дверь не поддавалась. Девушка нахмурилась. Хмыкнув, Харука наклонилась в сторону Мичиру и потянулась к внутреннему рычагу. Раздался щелчок. Харука выпрямилась на сидении. Мичиру заняла пассажирское место, и машина тронулась, быстро набирая ход.